Правда материнства

Все публикации

  • #czarnyprotest Польша Мне говорили, что я убиваю невинную душу. Дождь колотил по стеклу, отлетал от оконной рамы, А я орала белугой, повторяла, что он мне не нужен, Ни сейчас, ни потом не хочу быть его мамой! Меня убеждали, что я поступаю неправильно, Мол, время пройдет - обязательно передумаю, Что дал мне его бог на радость, а не в наказание, Что если сейчас откажусь, то потом буду дурой. А дождь все сильней и сильней барабанил по окнам, И небо чернее, чем ночь, опускалось над крышей. В кристально белом халате надо мною склонился доктор, Но как бы близко он ни был, меня не слышал. Я кричала ему: это плод не любви, а насилия! Я устала под сердцем носить беспросветную ненависть! А он смотрел сквозь меня, увлеченный своими мыслями, И нес откровенную чушь про мою беременность. Мол, если сейчас не рожу, то потом не получится, Стать матерью шанс выпадает, увы, не каждой, И не было ни просвета между проклятыми тучами! На землю лилась вода из бездонной чаши. ...Где-то в Центральной Европе стоят непогоды Черное небо спустилось до самого горизонта - Там женщины Польши защищают свою свободу На собственный выбор: рожать или делать аборты.

  • Мне кажется мужчины вообще не понимают что такое беременность. Это когда посреди жизни, в любой момент, тебя из нее выдергивает. Физическая боль от родов - ничто по сравнению с этим. У тебя отобрали твою жизнь, целиком. Убили. Все, на два-четыре года ты зависима ото всех - инвалид. Прощай работа, друзья - какие такие друзья когда спать некогда? А потом долгая долгая реабилитация - социальная, карьерная, физиологическая. При том что ты навсегда понижена в правах (которых и не было особенно если честно). Это - вариант когда есть "хотябынепьет" муж. И все в порядке в принципе со здоровьем. А на все это может наложится ушедший или начавший издеваться муж. Или серьезные проблемы со здоровьем. Или нищета. Или нередкое - отсутствие любви к ребенку, инстинкты включаются не у всех (а про это не говорят вообще), и тогда - вечная каторга. Или все сразу. И - девочки, какие же вы сильные, выживаете. Правда не все. Я бы без помощи родителей наверно не выжила бы. (с) Карина Фиалкина с ФБ

    • Мнение: И не надо искать аборту оправдания, типа если муж болен или квартиры нет, тогда да, аборт оправдан, а если спина прикрыта солидным счетом в банке, в жизни все ОК и женщина обожает деток - то аборту нет. Нет - это нет, если так женщина решила, даже если она детей обожает, имеет собственный капитал, муж у нее главный менеджер, её особняк расположен в ближнем пригороде и дворецкий стоит у входа в ливрее. Мое тело - мое дело, и моя жизнь - моя, а не дядина. Беременность - это риск, роды - аналогично, смертность в акушерстве никто пока не отменял. Беременность может так осложнить дремлющие патологии, что после нее женщина остаток жизни будет на таблетки работать. И кто вправе заставлять её идти на такой риск? Ради чего? Вот смотрю я на многодетных теток, злобно стоящих в пикетах против абортов. Как по мне, так сидящие дома в окружении любимых кошек старушки куда счастливее. Ну а про мужиков и вовсе смешно упоминать. Учите братьев по полу предохраняться, если сами умеете, что не факт, и не будет никаких абортов, потому что аборт - это не кайф какой, а опять же риск и проблема, просто меньшие, нежели нежелательная беременность. И вот еще. Рекламируя счастливое материнство, детей на билбордах показывают здоровых и румяных, вышвыривая огромный процент детей-инвалидов за кадр. А где слабоумные? Где дети с ДЦП? Где маленькие уродцы с огромными головами? Где слепые, безногие, с волчьей пастью и муковисцидозом? Где те дети, страдания которых превращают жизни их матерей в ад? Каждая женщина, сбитая с толку пропагандой материнского счастья, спрашивает "за что?", когда у нее рождается тяжелый инвалид, а ведь процент рождения детей-инвалидов статистика не скрывает - просто посмотри, сколько на тыщу младенцев рождается здоровых, и поймешь, что спрашивать "за что?" (в позитивном контексте, типа, с чего мне так фортануло) надо, если ребенок здоровым родился. Ну и дальше - опять статистика. Сколько бюджетных денег уходит на содержание детей, как здоровых,так и инвалидов, окупятся ли эти вложения по мере взросления детей, или инвалиды так и будут находиться на иждивении налогоплательщиков, а здоровые свалят в Канаду или Израиль? Что б там работать и налоги платить. Кто-то из противников абортов это подсчитывает? Сделав аборт, женщина продолжает работать на общее благо, платя налоги и на содержание детей-инвалидов и детей из многодетных семей, и вместо спасибо получает плевки в лицо от тех в том числе, чьих детей она содержит. Лариса Артюхова, пост в ФБ https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1447522928595670&id=100000139296606 #аборт@radfem_citati #дети@radfem_citati #материнство@radfem_citati #женское_здоровье@radfem_citati

    • Чем же так замечателен фетус? — Противоречия пролайферского дискурса в его же контексте Ранее мы рассмотрели собственно пенализаторский дискурс. Если же рассмотреть его в том самом контексте, в котором он возникает, обнаружатся много нестыковок, обычно хорошо известных. Напомним некоторые из них: 1. Предпочтительно «ребенка» защищают в его внутриутробном периоде и забывают о нем, когда он родился. А как тогда с правом «ребенка» жить не в невротизирующем обществе, принадлежать к неэксплуатируемому классу, к неугнетенной нации и т.д.? Где право быть желанным? А быть спрошенным насчет родиться? 2.Противоречие между стремлением к увеличению возможной жизни и безразличием к уже существующей. Во имя чего этот приоритет увеличению количества родов над заботой об инвалидах, стариках или брошенных детях? 3. Противоречие между протестом против абортов и одновременном протесте против доступной контрацепции, сексуального просвещения. Так хотят ли они предотвратить аборты? 4. Противоречие между позицией «против» абортов и «за» смертную казнь, вооружение и перевооружение (они говорят о том, что фетус «невинен», — а ведь так же «невинны» грибы, которые безнаказанно поедаются. (Не говоря уже о говядине — Accion Positiva)) 5. Противоречие между стремлением пенализировать добровольное прерывание беременности женщиной и «натурализацией» абортов от плохих условий работы, материальной нищеты или от побоев будущего папаши. Что, аборты «естественны» только тогда, когда они не добровольны? 6. Противоречие между борьбой с абортами и отсутствием таковой против сведения сексуальности к коитальной продуктивности, против внутрисемейных изнасилований, против подавления сексуальности как причины возникновения ситуаций, ведущих к осложнениям в виде абортов. Однако, все эти противоречия на самом деле кажущиеся. Так, «против» абортов и «за» смертную казнь логически связаны, так как оба являются пенализацией: «лучше наказать, чем предотвратить». «Против» абортов логически дополняется «против» контрацепции, так как оба служат подчинению сексуальности репродуктивным целям. Точно так же не является противоречивым стремиться увеличить число рождений и в то же время плевать на уже имеющие людские и природные ресурсы — и то, и другое суть проявления инфантилоидной безответственности. Таким образом становится очевидным, что за внешним дискурсом пролайферов стоит скрытая идеология. Латентная идеология пролайферов - больше детей, давай-наяривай Увеличением числа рождений общество обеспечивает себе обильную прибыль людского ресурса. В этом смысле пролайф ничем не отличается от политик запрета на сексуальность без репродуктивных целей, сведения сексуальности к генитальности и высмеивания и запрета на сексуальность после окончания возрастного репродуктивного цикла. Логика этого натализма/репродуктивизма двойная: дешевое обеспечение пополнения людского ресурса в период повышения смертности (войны, экономические и социальные потрясения, периоды после стихийных бедствий или эпидемий) и специфические нужды любой доминантной группы в дешевой рабочей силе. Натализм проектируется доминантной группой, демагогически утверждая большую ценность «новой жизни» в сравнении с качеством таковой у уже живущих, насаждая понятие о ребенке как о родительском подвиге или игрушке, замалчивая драматические данные несчастного детства. (Не стоит подменять количеством новорожденных качество их жизни. Речь не идет — как они это утверждают — о выборе между рождением ребенка и беззаботной жизнью чайлдфри. Речь идет о выборе между счастливыми и несчастными детьми. Цветы (по) жизни не плачут. Почему они стремятся наклепать как можно больше детей и вырастить как можно меньше цветов? Не потому ли, что людоеды не питаются цветами?) - «поставить женщину на место» и поместить в нее фетус Всякий натализм подразумевает сведение женщины к более-менее приукрашенной роли инкубатора. Однако, самое откровенное проявление мизогинии в натализме — это отказ женщине в способности морального различения посредством пенализации абортов. Хотя время от времени пролайферский дискурс «сочувствует» имиджу доведенной до отчаяния, загнанной в угол обстоятельствами женщины (любимое занятие мачизма: наслаждаться зрелищем женской «слабости»), возможность прерывания женщиной беременности по субъективным этическим причинам даже не рассматривается, отказывая таким образом женщине в возможности решать, готова ли она предоставить свое тело выполнению материнских функций или нет. По их мнению, женщине не дано элементарно озаботиться будущими условиями существования рожденного ребенка, материнство инстинктивно — и точка. Точно так же пролайферов не заботит тот аспект проблемы, что аборт является насильственным вмешательством и видом насилия над телом женщины. А между тем, именно это в первую очередь делает аборт нежелательным. (Женщина — нечто большее, чем мать. Мать — нечто большее, чем родильная машина) - заставить заплатить цену «за удовольствие» За пенализацию абортов выступают те, кто уверен, что сексуальное удовлетворение перверзно, и удовольствие, получаемое от секса, должно иметь «темную» обратную сторону. Всякое удовольствие должно быть отомщено. За него надо нести наказание и желательно пожизненное. Поэтому им так нравятся торжественные фразы замогильным тоном: «Надо было раньше (головой) думать», «Теперь пеняй на себя», «Любишь кататься, люби и саночки возить,» «Взялся за гуж, не говори, что не дюж». Стремление пенализировать аборты здесь идет рука об руку с борьбой с контрацепцией, потому что и то, и другое позволяет «уйти от расплаты». Заодно они называют половые инфекции «карой». Их культура — это мракобесие и зависть, дискурс, катящийся по плоскости «подавление-фрустрация-проекции на соседа-зависть-морализм/ханжество-личная месть на службе социальных репрессий». Или разговорным языком: «Если «эти» себе все «это» позволят и при этом не понесут ответственности, я буду выглядеть идиотом». (Рождение ребенка спустя девять месяцев после коитуса, не делает коитус лучше или хуже, он так и останется либо актом наслаждения, свободных взаимоотношений, либо их противоположностью. Наслаждаться, не причиняя вреда другим, не является менее честным, чем страдать, не принося никому пользы (ну, кроме тех, кто наживается на эксплуатации «юдоли скорби») Почему бы не назвать скотством усилия, прилагаемые к тому, чтобы наслаждение казалось скотством? - хотя постойте, какое там наслаждение? Заметим, что обсессивное стремление заставить «заплатить цену» действует несколько странно в случаях, когда зачатие происходит в результате сомнительного для женщины удовольствия от подчинения или в качестве гарантии — чаще всего полностью нафантазированной — "удержания мужчины". Здесь антиабортивный дискурс опять поворачивается к нам своей мизогинной стороной: женщина должна заплатить цену не за собственное удовольствие, а за удовольствие мужчины. Так замыкается круг и сексуальные предрассудки уступают место мачистским. Тут уже невозможно не утверждать, что запрет на аборты является частью мужского господства, и что фетус — действительно человек и даже больше: ему приписано исполнять обязанности тюремщика женщины. Феминистки совершенно правы в своем подозрении о том, что если бы рожать приходилось церковникам и политикам (и не только им — Accion Positiva) право на аборт было бы священным. Знаете, мне, как социологу, приходилось иметь дело с предположениями гораздо менее вероятными. (Аборт незаконен, потому что это «женское дело». Зато война — мужское) Поклонение фетусу не есть гуманизм, лишь антифеминизм. В Мексике борьба за отмену пенализации абортов шла под лозунгом: АБОРТЫ: Женщины — РЕШАЮТ Общество — УВАЖАЕТ Государство — ГАРАНТИРУЕТ Перевод: Accion Positiva http://womenation.org/against-abortion-against-women/ #аборт@radfem_citati #репродуктивное_насилие@radfem_citati #репродуктивные_права@radfem_citati #женское_здоровье@radfem_citati

  • #семья #брак #отношения Стефани Литтлвуд (Stephanie Littlewood) живет в городе Лидс, Великобритания. Совсем недавно в собственном доме она пережила кошмар наяву, который, к несчастью, хорошо знаком очень многим людям во всем мире. Стефани стала жертвой домашнего насилия. В апреле молодой человек Стефани избил ее так сильно, что молодая мама оказалась в больнице. "Он был в игривом настроении в ту ночь и хотел заняться сексом. Но я не хотела и сказала ему об этом. И тогда он просто озверел," - вспоминает женщина. Мужчина бросил ее на пол и стал душить. Затем он бил ее кулаком по лицу, пока женщина не потеряла сознание. Стефани лишилась трех зубов, у нее была сломана челюсть. Она много времени провела в больнице. Женщина решила подать в суд на своего молодого человека, отца своего ребенка. Она поняла, что от того, что она спустит такое поведение с рук, никому в ее семье не станет лучше. После тщательного разбирательства мужчину приговорили к 16 месяцам тюрьмы. Но молодая женщина не собиралась молчать, она хотела, чтобы о поступке ее бывшего возлюбленного узнало как можно больше людей. Она выложила эти чудовищные фотографии в Сеть. "Сначала мне хотелось спрятаться - я была в отчаянии, он буквально выбил из меня уверенность в себе, - говорит Стефани. - Но люди говорили мне, что я не должна прятаться, это не моя вина. И я поняла, что так и есть. Он должен стыдиться, а не я. Мне нечего стыдиться. Это самое важно, что я поняла, и хочу теперь рассказать всем, кто проходит через подобное: скрывая это, вы ничего не измените, не бойтесь громко говорить обо всем, что происходит. Это так мне помогло - рассказать обо всем, что он сделал со мной. Столько людей поддержали меня!" В России домашнее насилие остается серьезнейшей проблемой, которую до сих пор не принято обсуждать вслух. Если вам или вашим знакомым нужна помощь, не молчите: в Интернете можно легко найти контакты организаций, оказывающих помощь жертвам насилия. Берегите себя! Источник: http://www.g8ozd.ru/stephanie-littlewood/?ref=fb От адм: Напомню, что социолог Вальтер Гоув обнаружил, что "для женщины изменение статуса с одиночки на замужнюю повышает вероятность быть убитой, в то время как для мужчины такое изменение образа жизни снижает эти шансы". Гоув получил схожие результаты для замужних женщин и одиночек по смертям в результате несчастного случая. И вероятно, что многие из этих "случайных смертей" были на самом деле убийством. Такая статистика стала основой высказывания Блайндера, что "В Америке спальня - это второе место бойни, после шоссе". Ди Грэхем, "Любовь к выживанию" (Dee Graham, Loving to Survive)

  • Как-то так сошлись звезды, что я почти одновременно прочитала чюдесное письмо одного очень умного мущщины, знакомого с калькулятором, к своей бывшей жене (вы все это видели - расчеты про "капусточку и курточку, которую ребенок может и два годика носить", а так же показательный срач мущщин-пролайферов, которые очень против абортов, особенно абортов по ОМС, но так же и очень против алиментов и любых обязательств по отношению к ребенку в любом виде. Кроме сугубо добровольного участия, которое будет заключаться в приездах в дом бывшей жены в любое удобное время (для него, не для неё), критике воспитания и ухода, контроля за финансами (не своих, бывшей жены), а так же забирания ребенка, если пятка левая пожелание, и возврата, если тоже левая пятка пожелает. Там, в этом сраче тоже было что-то феноменальное, типа "Ну что, если бывшая работает, то тыща восемьсот рублей алиментов для неё будет неплохой прибавкой". Так же я просмотрела прекраснейшую дискуссию у одной своей френдессы на тему "отчего мужчины не считают то время, которое мать тратит на ребенка?" с замечательными комментариями от мужчин, возмущающихся тем, что "а что, проклятым бабам настолько не нравится заниматься детьми, что за поход с ребенком в зоопарк им еще и приплачивать надо???". И вот я задумалась, дорогие подруги, на следующую тему - много мужских слез пролилось на тему "любименьких деточек", которые при разводе достаются сукам-матерям, много сердечных приступов получено, много запоев пройдено. Отчего же чадолюбивые мужчины крысят своей любимой детоньке денюжки на курточку? Отчего предложения тогда заняться ребенком строго попалам воспринимается в штыки? Ответ прост. Потому что чадолюбивые мужчины любименькими деточками не занимаются и будучи в браке. Вся эта работа, всё это время, вся "логистика", о которой много говорили женщины в вышеупомянутой дискуссии, проходит мимо них в браке этаким фоном, сереньким и немного раздражающе мельтешащим. Что-то там эта женщина все время кудахчет и хлопает крыльями. Наверно, ей это нравится, черт её знает. Отсюда и убежденность, что львиная доля бюджета в браке уходит на женщину. Женщина все там что-то тратит, на какую-то хрень. Куда потратила? Ничего дома не появляется, ни золотых унитазов, ни плазменных панелей во всю стену. А денег нет. Ну продукты, ну мыло-порошок, ну носки. Не может же быть, чтобы Великой Мужской Зарплаты не хватало на это все? Отсюда все эти жуткие на самом деле истории из разряда "Папенька взял в пятницу здорового румяного ребенка на выходные - в воскресенье вечером привез бледного, грязного, в соплях и хорошо, что без переломов и сотрясения мозга". И тут дело даже не в том, что папенько плохо представляет, что ребенка надо кормить, обстирывать и следить за его здоровьем. Он это представляет. Он просто не представляет, что это и ЕГО обязанность. Это не было его обязанностью в браке, с чего это вдруг будет его обязанностью, когда они разведены, и он ничего этой суке-бывшей не должен? И так же, поверьте, мужчины прекрасно себе представляют, что дети не питаются одной "капусткой и сосиской", и что продукты в магазине стоят не 3 копейки, и вещи не 3 копейки стоят, и врачи. Есть, конечно, действительно хтонические образцы существ мужского пола - как-то мне довелось прочесть рассказ женщины о бывшем муже, который спокойно мог достать кусок курицы из тарелки ребенка с аргументом: "ну их-то в садике кормят, а я вот сегодня один раз перекусил". Но таких хтонических образцов, все-таки, минимум. Большинство представляет себе, что цены растут, хотя бы по регулярно сменяемым ценникам на заправках и в винных магазинах. Но вот то, что это все и ИХ проблема тоже - это в мужской голове укладывается очень плохо. В их голове бывшая надумала себе какую-то из пальца высосанную проблему, развелась, чем ухудшила положения себя, нищасного мущщины, ребенка - и теперь она после этого чего-то хочет еще? Да пусть подавится тыщей восемьсот и радуется, что хотя бы это платится. То есть - слеза ребенка, что мама не может купить ему велик, новую куртку или просто фруктов - она полностью на совести женщины. Она все испортила, ну, и пусть теперь мучается, видя, как ребенок страдает. А отец? Ну, вот если б отец был уверен, что это его ребенок (а у многих после развода как-то сразу эта уверенность теряется, даже если ребенок - одно лицо с папашей), что алименты, все, до копейки, пойдут только на ребенка, ни кусочка хлеба купленного на алименты, что бывшая будет создавать у ребенка благостный и сияющий образ отца (даже если отец - реально редкостный мудак и наделал такого, что не плюнуть ему в рожу при встрече - это уже большое ему одолжение), что он всегда, в любой момент, может с ребенком пообщаться, и в любой момент не общаться (ну мало ли - устроить личную жизнь, рыбалка, экзистенциальные страдания на диване), и чтоб его понимали и ждали, что он сам будет выбирать, чем ему с ребенком заниматься и что из участия в его жизни выбрать - то ну тогда, может быть... Ко мне часто приходят господа из МД, поспорить и потребовать, чтобы я не смела им диктовать, как строить новый институт отцовства. Де, они не согласны быть в подмастерьях, де, они отцы и право имеют. Их очень обижает, что мы отказываем им в праве распоряжаться тем, что им не принадлежит и куда они не вложили ни копейки душевных сил, здоровья и времени. Их возмущает, что оказывается равенство - оно не только в "захотел - и в суде ребенка отдали тебе", а и в реальной работе, уходе, времени, и чтобы диктовать матери своего ребенка, каковы эти работа, уход и время должны быть - надо сначала заслужить и доказать, что ты не инфантильный идиот, а ответственный родитель, решениям которого можно доверять. Мне не нравится идея, что дети - это женское дело, и что все мужчины поголовно криворуки и необучаемы. Однако, я должна сказать, что всем этим деятелям, озабоченным демографией, абортами, нравственностью, будущими поколениями, справедливостью и прочими высокими материями, для начала надо действительно честно отпахать на ниве мытья жоп (качественного), варки каш (полезных), проверки уроков и решений задач типа "как забрать ребенка из садика в шесть вечера, если я работаю до восьми". Ну, хотя бы на ниве взращивания двух отпрысков. А вот потом уже кукарекать во все горло и чего-то требовать. (c) Анна Иванова ___________ Из комментариев: Ага, особенно мне нравится заход: а пусть мне сделают так, чтоб соблюсти мои права. Все эти "бывшая не дает видеться с ребенком, ставит палки в колеса и настраивает ребенка против меня". Зачастую за этим стоит банальное "она не хочет сделать мне удобно". Подготовить мне плацдарм, чтоб я такой пришел, и осуществил, да. Понимания того, что права у него ровным счетом только на то, чтобы самому что-то делать для ребенка, и что делать удобно должен как раз он, и не себе, а исключительно ребенку, никакого нет. Ну раз права МОИ, они же ДЛЯ МЕНЯ, не так ли? И раз у меня права, значит - у других ОБЯЗАННОСТИ по отношению ко мне. Ребенок обязан общаться, мать обязана обеспечить удобные для этого условия, а у меня - права, то есть хочу - общаюсь, хочу - передумал. Мое же право: могу воспользоваться, могу и отказаться. Я не удивляюсь, что с описанным подходом бывшие жены не спешат договариваться и предпочитают совершенно слить вздорного папапшку. Тем более, что усилий для этого никаких прилагать не надо, достаточно просто не делать ему специально удобно ))))) (c) Светлана Горьканова

  • via Лена Климанская Интересный нюанс: та самая церковь, которая требует лишить женщин права на аборт в заботе о нерожденных детях, этих детей людьми не считает. Нерожденные или мертворожденные младенцы, на любых сроках, плоды, погибшие в результате выкидыша или искусственного аборта, так же как и вполне рожденные младенцы, но не успевшие пройти крещение - не удостаиваются духовного обслуживания, какое положено "полноценным людям" - живым, крещенным. То есть чтобы посвятить их предполагаемые души заботе божьей - они не люди. А чтобы вменять матерям чувство вины - сразу уже люди.

    • #авторская_колонка #тогарини_орта Не устаю и никогда не устану повторять, что единственная причина противоабортной истерии, то тут, то там возникающей по всему миру - это постепенная утрата контроля над репродуктивной функцией женщин. Всё, больше никаких причин нет - мораль, "младенчики-пяточки", "здоровье женщины", "боженька накажет", "арабы нас завоюют" - это все сказки в пользу бедных. Отдельного обывателя могут волновать и мораль, и арабы - но в общем и целом его интересуют свои дети, а на каких-то там чужих эмбрионов плевать он хотел с пятого этажа. А вот тех, кто реально способен диктовать условия обществу - их никакая мораль не волнует, им надо чтобы бабы регулярно, бесплатно и радостно поставляли в мир избыток человеческих индивидов. Именно избыток, так как главный ресурс в нашем мире - это не нефть, не золото, не доллары и не оружие. Это люди, и чем их больше - тем проще их "перерабатывать" для общественной пользы. Много людей перенасытят рынок труда и будут работать на любой работе за любые деньги, много людей можно отправить воевать, строить, осваивать, много людей можно просеивать, выискивая среди них полезных и эффективных, безжалостно отбрасывая остальных. И когда в 20 веке, с развитием женских прав и эффективной контрацепции вдруг оказалось, что бабы не такие дуры, как о них было принято думать, и они тоже хотят быть классненькими и успешными, покупать большие дома и машины, говорить на важные темы, попивать вино и наслаждаться жизнью, а не выдавать регулярно, бесплатно и радостно излишек людишек в мир. Более того, когда оказалось, что эти плохие, негодные бабы вдруг любят своих детей и не желают, чтобы плоды их усилий "перерабатывали", "отсеивали" и "утилизировали" какие-то левые дяди, отчего-то решившие, что им это все можно - то стало совсем нехорошо. И вот теперь мы имеем, что имеем. Вспомнили про мораль, про "слезу ребенка", про святость жизни, достали из пыльных сундуков церковь и традиции, соорудили красивое чучело арабской угрозы - все, чтобы проклятых баб вернуть в стойло, и чтобы выдача излишков человеческого мяса не прекращалась. Расследовать каждый выкидыш? Кого бы это волновало в "благостные традиционные времена"? Ну скинула, ну закопали. Через пару месяцев эта баба была бы снова беременная, и дело с концом. А теперь тяжко стало, теперь надо каждую беременную держать за горло, чтобы она не вздумала сама там что-то решать. Каждый эмбрион на счету, а то ну как воевать будет не кем, а ну как будет некому пахать за копейки. Нет, женщины, государство не разрешит вам "убивать людей, наших детей, наших будущих граждан". Потому что на убийство собственных граждан у него монополия - и делиться оно ей не собирается.

  • Меня вот знаете, что удивляет в дискурсе об абортах? То, как выражают свою позицию сторонники прав женщин. Почти все они говорят "Аборты - это плохо, конечно, но..." И мне все время хочется спросить - вы правда так считаете, или вы сейчас хотите и на елку влезть, и жопу не оцарапать? Потому что если на елку, то это как бы ээээ. А если правда - то лично мне это не очень понятно. Подчеркиваю - лично. Мне. Непонятно. Я считаю, что плохи лишь те аборты, которые, по сути, являются средством контрацепции. Регулярные, то есть. Просто потому, что это вредит женскому здоровью. Действительно вредит. И потому, что женщина в этой ситуации, скорее всего, жертва репродуктивного насилия. Вот того самого, которое "Да мне плевать, что тебе ни таблетки, ни спираль нельзя, я в этой гребаной резине ничего не чувствую". Мы же все понимаем, да, что ни одной женщине не нравится регулярно ходить на аборт? А в ситуации, когда у женщины есть возможность предохраняться, но по какой-то причине это не сработало - я не вижу в аборте ничего плохого. Вот совсем. То есть, если я считаю, что эмбрион - не человек (а я так считаю), то он не человек. Совсем-совсем не человек. Он не будущий ребенок. Он - тот самый "сгусток клеток", ага. Нет никакого невинноубиенного младенчика с розовыми пятками. Нет, не было и не будет. Я понимаю все про тяжелую моральную травму, если речь идет о желанной беременности, которую по какой-то причине нужно прервать. Или о незапланированной беременности, которую нужно прервать, но женщина искренне верит в то, что эмбрион - уже человек. Я не понимаю, о какой травме может идти речь, если беременность нежеланная. И я не понимаю, почему вокруг простейшей медицинской манипуляции начинается вот этот траурный вой: да-да, это плохо, это тяжело, но женщина имеет право... Что плохо? Что тяжело? Нежелательная беременность - это проблема, аборт - это решение проблемы. Простая и понятная конструкция, которую неизвестно зачем усложняют выдуманными страданиями. Я говорю "выдуманными", прекрасно понимая, что есть те, для кого эти страдания реальны, о чем я и написала выше. Но я никогда не поверю в то, что я - единственная женщина, которая не видит в самом факте аборта ни малейшего повода для каких-либо моральных терзаний. Ты просто решаешь, нужен ли тебе в совершенно конкретном, обозримом будущем ребенок - или не нужен. И, если не нужен - то его и нет. И я не вижу тут принципиальной разницы между контрацепцией и абортом. Я не терзаюсь моральными страданиями, когда предлагаю мужчине надеть презерватив. Отчего я должна страдать, если презерватив внезапно порвался, например, и этот прискорбный случай сделал меня беременной? Что изменилось? Для меня не изменилось ничего. Ровным счетом ничего. Ну, кроме того, что теперь есть проблема, и ее нужно решить побыстрее. И меня дико раздражает тот факт, что кто-то пытается навязать мне чувство вины за то, что я не испытываю ровным счетом никаких эмоций в этой связи. То есть, я понимаю, зачем это пытаются делать пролайферы. Я не понимаю, зачем это пытаются делать здравомыслящие люди. Вот этими вот тезисами "Аборт, конечно, плохо, но...." . Вот нафига? (c) Снежана Грибацкая

  • Вот что вернется в нашу жизнь, если тела женщин перестанут им принадлежать. (Прим. адм.: книга написана мужиком, отношение к женщинам соответствующее, но написано правдиво). 1. "...А ей был нужен старт совершенно новой жизни, без старых хвостов. Беременность стала лишней по обоюдному согласию сторон. Только уже поздно – после трех месяцев ни один абортарий за такое дело легально не взялся бы. Однако мир не без чудес и не без добрых людей – аборт пятимесячного плода был сделан прямо на следующий день после окончательного выяснения семейных отношений. А еще через день, на утро после аборта, красавица Лиза была уже мертва. В принципе, что три, что пять – для врача технически разница небольшая, а вот для женщины риск возрастает многократно. Хотя если в больничных условиях, то обычно и с такими сроками после абортов не мрут. Только полежать надо пациентке под врачебным наблюдением, как после родов. А тут вот какая история получилась: аборт Лизоньке сделали вечером и отправили ножками топать четыре километра по грязной дороге – глубокой колеe, набитой по болотам тяжелой военной техникой. Лиза едва дошла домой и сразу легла спать. Максим опять явился поздно, с ней больше разговаривать не стал, так как увидел в ванной полотенце в красных пятнах и понял, что все прошло как надо. Молча завалился на раскладушку в другой комнате.. А на утро его жена не проснулась. Матрас под ней тяжеленный стал, за ночь весь кровью пропитался... Вот и закончили мы с Лизкой. В смысле вскрыли – ушили. Ушили ее швом-косичкой, как всех, только на ее белом обескровленном теле черная капроновая нитка резче выделялась. Пора бумаги писать. Только накатал я протокол, как является капитан, следак из военной прокуратуры. Он уже по месту пошустрил и кое-чего по делу накопал. В той части, где служил муж покойной, был очень интересный майор – начмед. Давным-давно закончил сей медик гражданский мединститут со специализацией по гинекологии. Потом попал по обязаловке в армию, где в те времена была и зарплата повыше, и хлопот поменьше. Там и прикипел. Дорос до начальника медицинской службы полка, но свою первичную специализацию не забыл. Ну в нормальном советском полку на тысячу военных мужиков одна женщина-военнослужащая приходилась, обычно сидела такая «зеленая юбка» на должности какой-нибудь машинистки в штабе. Жены офицеров военнослужащими не являлись. А раз контингента нет, то и легальной гинекологией начмеду заниматься не приходилось, вот он и занялся нелегальной. В основном абортами среди жен. Следак к этому майору умудрился в гараж залезть, так там подвал весь был белым кафелем обложен, стояло гинекологическое кресло и стерилизаторы, полные специфического хирургического инструментария. Короче, все по науке. По науке, если бы своих пациенток домой сразу не гнал. Ох не люблю я коллег в погонах сажать, да приходится. А в этом случае и без сожаления." 2. "...врач, какой бы он опытный не был, на аборте всегда работает вслепую. А это значит, что никто не застрахован от маленькой такой невезухи – кюреткой или абортцангом можно невзначай проткнуть стенку матки и выйти в брюшную полость. А там режущие колечки зажмут кишку и быстренько выпустят ее содержимое (говно) в брюхо. Если женщина быстро не умрет от внутреннего кровотечения, то может запросто долго умирать от разлитого перитонита. Перитонит, это воспаление брюшины, когда бактерии из излившегося кала и кишечных соков начинают жить не внутри кишок, а снаружи, но внутри живота. Тут уж больше половины в гроб, хотя если аборт в больничных условиях, то кое-что сделать можно – быстро распанахать живот, кишку ушить, или наоборот разрезать и вывести оба конца «двустволкой» через переднюю брюшную стенку. Перелить кровь, промыть брюшную полость и молиться Богу об успешном исходе. Ну что, еще охота делать аборты? Так вот знахарь-терапевт абортцангом вытащил кишку из матки во влагалище. А как вытащил, так обомлел, ибо будучи врачом, он знал чем дело кончится. Нормальный человек (давайте теоретически допустим, что криминальными абортами может заниматься нормальный человек), так вот нормальный сразу бы бросил все как есть и позвонил бы в «Скорую». Женщину может спасти только немедленная полостная операция. Но ведь криминальные аборты обычно ненормальные делают. И ведь после такого звонка хочешь или не хочешь, а сидеть на зоне придется. Поэтому наш терапевт никуда звонить не стал, запихал тем же абортцангом кишку обратно в брюшную полость, дал женщине тетрациклина и ушел домой. Ну антибиотик в этом случае был как слону дробина. Перитонит разлился на следующий день, а еще через пять дней мать троих детей оказалась в морге. А терапевт в тюряге, уже с отягчающими. И его не жалко". 3. "Знаете, какое самое главное условие любой хирургической операции? Асептика! То бишь, чтоб на инструментарии и в операционной микробов не было. Аборт, это почти обычная хирургическая операция. Всей необычности там – что малюсенького человечка убивают, а во всем остальном рутинная хирургия. Так вот главное правило рутинной хирургии при криминальных абортах частенько не соблюдается. Трудно поддерживать стерильность в нестерильных условиях. Труп этой семнадцатилетней девушки по цвету напоминал кофе с молоком. Вот чудо – едва привезли, как сразу разлагаться начала, воняет как от пятидневной. Похоже, что милочка бактериями нашпигована. По вскрытию оказалось точно так – сепсис, или заражение крови по народному. Откуда это заражение началось долго искать не надо – вместо матки зловонный мешок с гноем. Да мы не из брезгливых, сейчас и это распотрошим. Ой, что видно – аборт недельной давности. Сроки беременности совсем небольшие, наверно всего около полутора месяцев. Как же тебя так угораздило, дорогая? ...Тётенька стоматолог абортами подрабатывала. Вот этого я понять никак не могу – да ведь при их специфике на одном зубном протезировании можно было делать состояния. В дремучее советское время они поголовно сидели на золоте, потом на метал-керамике. Это же месячная зарплата гинеколога в один день! Зачем ей криминальные аборты? Скорее всего какие-то скрытые психологические драйвы побуждали садистку-дантистку лазить женщинам туда, где зубы только в анекдотах. А делала она это просто – в том же кресле у бормашины. Ну со стерильностью в советской стоматологии не шибко было – посверлят, поковыряются, и бух инструмент в дезраствор. В стоматологии инструментик маленький, и такой метод асептики худо-бедно работал. Гинекологический инструмент большой. Его кипятить надо, потом на специальном стерильном столе в асептических условиях операционной держать. Нашему стоматологу такое слишком сложным казалось – инструмент она даже толком не мыла, так ополаскивала тем же дезраствором в обычном пластмассовом тазу. «На дело» оставалась наша зубница после работы, были у нее ключи от поликлиники и кабинет без окон. Темной ноченькой приходили к ней девочки со стольниками в руках, за эти вот стольники и избавляла их докторша от нежелательных беременностей. А что, удобно! Дел то – одну ногу в плевательницу, другую на табуретку, лампу от бормашины в самый низ, чтоб между ног светила, и давай работай, вроде как над коренным зубом. Там тоже место узкое. Так, да не так. Занесла она в матку инфекцию. Аборт, он же слизистую, считай, напрочь удаляет, оставляя полость матки одной зияющей раной. Жди, пока новый эндометрий отрастет. Поэтому любой попавший туда микроб идет прямо в кровь. Справедливости ради должен вам заметить, что микроб в крови еще не конец света. Уж коли затронули стоматологию, то скажу, что бактериемия (наличие микробов в крови) стопроцентно выявляется после обычной экстракции зуба. Дернули зуб, и тут же взяли кровь – если микробиолог не бездельник, то обязательно чего-нибудь выделит. При аборте дело обстоит иначе – в матке формируется громадный фибриновый слой свернувшейся крови, хорошая питательная среда для любых бактерий. Поднеси к этому пучку соломы спичку, в виде зараженного инструмента, и сразу полыхнет так, что мало не покажется. Вот и полыхнуло – спалило бактериальным пламенем весь организм молодицы-десятиклассницы за неделю. Думается, что слабым утешением для её родителей и незадачливого «спаринг-партнера» был тот факт, что стомато-гинеколога посадили". 4. "Девушке, а если абстрагироваться от отсутствия девственной плевы, то скорее девочке, было всего пятнадцать лет. Причина смерти ясна сразу – острая кровопотеря. Но все же такую первопричину кровопотери я ни в одном атласе не видел – у этой девочки кто-то самым садистским образом через задний проход полностью вырезал ампулу прямой кишки. Для лиц, от медицины далеких, поясню – это тот участок нашей задницы, что какашки внутри нас удерживает. Интересно было и то, что вокруг ануса имелись многочисленные следы инъекций, а пробы тканей показали громадное содержание новокаина. Все остальное было в норме, за исключением разве что двухмесячной беременности. Но ни спермы во влагалище, никаких иных признаков насилия. Вроде как пришла девочка куда-то и попросила себе изнутри задницу вырезать. Ну обезболили и просьбу удовлетворили. Потом девочка с вырезанной попой отправилась домой, да по дороге потеряла сознание, а вскоре и скончалась. Чушь, думаете? Во-во, и я так думал. Зоотехник Вячеслав Полторак никогда женат не был и судя по всему в свои пятьдесят лет все еще оставался девственником. Атлас по оперативной гинекологии к нему попал случайно – кто-то забыл его в электричке, когда Вячеслав вез свой крыжовник на базар в Ленинград. Набор хирургических инструментов, несколько напоминающих абортные, достался в наследство от деревенского ветеринара, который выйдя из длительного запоя, что-то там делал в коровнике, как его настигла белая горячка. Вячеслав с доярками кое как скрутили ветеринара, снесли его в сельсовет, где и вызвали скорую. Так как это был не первый заезд на белом коне у коровьего доктора, то попал он на полгода в ЛТП (лечебно-трудовой профилакторий для алкоголиков). Ну а инструментарий долгое время оставался в коровнике, пока его Полторак к себе домой не унес. Там же в сумке была полулитровая градуированная банка с новокаином и шприцы. И кюретки тоже были. Правда коровьи кюретки много больше женских, но выглядят похоже. ...Он решил проверить, где же уретра, простым нажатием пальца на середину щели. Палец вошел на пару сантиметров и уперся в нечто мягкое, завлекая за собой по пути волосы больших половых губ. Полторак спросил Маринку, больно ли ей. Ей больно не было. «Маринка, ты отсюда ссышь?» – для верности уточнил Полторак. «Да тута, тута, там дырка писять есть» – ответила Маринка. Полторак пошевелил пальцем, и тот вдруг провалился вглубь Маринки уйдя ей между ног на всю длину. Ага, значит это и есть уретра, женский мочеиспускательный канал. Ниже должно быть влагалище. Полторак вытянул остро пахнущий палец и пошел его тщательно отмывать под навесным рукомойником холодной колодезной водой с мылом. Никаких сомнений не оставалось – вон та круглая маленькая дырочка с многочисленными радиальными складочками кожи, разбегающихся лучиками во все стороны от отверстия чуть ниже этой гадкой непонятной щели и есть влагалище. А о том что у людей еще бывает анус, дырка из которой какают, Полторак как-то и не подумал. Конечно о существовании заднего прохода у женщин, наш народный умелец точно знал, просто не дошло до него определиться с местоположением влагалища, поискав еще одну физиологическую дырку. Не эротики ради все эти описания – такой ход Вячеславовых мыслей из протокола допроса выходил. После первичного обследования пациентки Вячеслав налил себе и ей по последней рюмке водки, и сказал, что наверное минуты за три он управиться. Только до операции с чуть надо будет подождать, пока уколы подействуют. Закусив огурцом и быстренько перекурив «Беломоринку» перед делом, Полторак стал наполнять шприц новокаином. Ветеринарный шприц для крупного рогатого скота напоминал стаканчик с двумя колечками-ручками и поршнем с широкой рюмочкой-толкателем. Цилиндр большой, лекарства входит много. Ну и тем лучше, не зря Алексеич, ну тот самый коровий доктор, что отбывал с запоя в ЛТП, и чьим инструментом пользовались, постоянно говорил, что сельский ветеринар завсегда умнее и сноровистей любого городского врача. Вячеслав стал тщательно обкалывать ткани, окружающие анус. Местная анестезия оказалась минутным делом, и пол-литровая бутыль уместилась в четыре укола. . Потом посидели, покурили. Через полчаса у Маринки занемела вся промежность: «Слышь, Деда Сява, я уж табуретки под задницей не чувствую! Вроде пора...» Тогда «доктор» густо обмазал заднепроходное отверстие йодом и смело ввел туда коровью кюретку. Куски слизистой и самой стенки кишки выскакивали из ануса споро и в большом количестве. Поработав кюреткой для верности еще минуты две и убедившись, что больше из дырки ничего, кроме крови не идет, Полторак довольный закончил операцию. Маринка лежала бледная и слегка стонала. «Вставай, Маринка, одевай трусы и иди домой – аборт тебе сделан, вон сколько гадости из тебя вышкреб. Эти красные ошметки и есть твой недоделанный детеныш. Да ты не расстраивайся, все хорошо, а я никому не скажу!» Полторак был явно доволен честно выполненной работой. Маринка кое как встала и надела трусы, которые тут же напитались кровью, только почему-то больше сзади. Следя за собой частым дождиком красных капель, она шатаясь вышла во двор, кое как доковыляла до калитки и медленно побрела вдоль забора по темной улице в свою сторону. Но как вы знаете, до дома она не дошла, свалилась через пару сотен метров и там же умерла. А как вы хотели, если у нее ближний к анусу участок прямой кишки через задний проход так варварски поотдирали, а сплетение геморроидальных вен превратили в рваные лохмотья. Такая травма в обычных условиях с жизнью несовместима." http://www.proza.ru/2004/09/21-17

Правда о беременности, родах и материнстве