Все публикации
-
Ну вот и в мою жизнь пришел пиздец. Всегда думала, что вся такая умная и независимая. Не будет как у мамы. Но черт возьми, как мы любим повторять судьбу родителей... Бывший абьюзер, от которого чудом избавилась. Верила в сказки про свадьбу, про то, что хочет ребенка. Но это вообще отдельная история... И вот, мне 20 лет, без образования (спасибо мама, из-за которой я прошла работать в 15 лет) и с маленьким ребенком на руках. Думала отсижу в декрете нормально, поступлю куда-нибудь и будет хоть какая вышка. И тут судьба решила, что я слишком счастлива, по моим скромным меркам. Живу у отца, с бабушкой и дедом (почти неходячим). И теперь мне понятно, почему мой выбор "спутника жизни" пал на того мудэ. Это же точная копия отца! Я от одного абьюза сбежала в другой! Постоянно чуть что, кричит что это его дом (прописаны все одинаково, дом деда), что выгонит. Сам не работает и прекрасно понимает, что если бы не я и бабушка - пришлось бы жопу от дивана поднимать и работать. Но всё равно "все бабы тупые, ничего не могут, ничего не знают, ничего не умеют, только рожают и вагиной всего добиваются". И как горько от того, что придется мигом бежать и искать работу, ну хоть какую-нибудь! Чтобы проработать полгода, надеюсь бабушка ещё проживет и сможет помочь... И взять ипотеку. Я как посчитала проценты и ежемесячный платеж... Но это всё равно выходит дешевле, чем снимать у нас жильё. Такой вот парадокс... Где взять сил, чтобы не убить себя к чёртовой... Чтобы жить дальше и сделать хоть что-то для ребенка. Я не знаю. Где-то надо найти силы. Но, кажется, я всё. Сначала предательство мамы, потом от нитакого, теперь отец. Я уже не знаю, кому можно доверять, а кому нет. Наверно никому уже нельзя... И вот знаете, не будь у меня ребенка, я бы спокойно, быстро и легко нашла работу и съехала куда бы захотела! И незачем терпеть эту тварь каждый день. Незачем плакать, трепать нервы, бояться, что дочь такого же выберет и нужно валить, как можно быстрее!
-
Зоя Атискова "Холодно" – И-иии-иииии! Дениска заводится в ночи, как утренняя кофемолка: громко и высоко, ещё громче, ещё. Обороты повышаются, детский визг сверлом входит в усталые, измученно-сонные мозги. – Что ты за мать, ребёнок орёт, а она диван давит, хватит дрыхнуть! – голос мужа, хриплый и сонный, царапает рядом со сверлом. С неё рвут одеяло, одновременно толкая коленом в спину. Чумная и полусонная Миля поднимается, отталкиваясь обеими руками от кровати, будто приклеили и нужно усилие, чтобы оторваться. Холод, сырой и безнадёжный, ползёт по мокрой футболке, по разбухшим болезненным грудям, по животу – пока спала, опять залилась молоком. Мокрёхонькая, как лягушка, снова всё стирать. Надо клеёнку подкладывать, пока всё молочной кислятиной не пропиталось. Торопясь, тянет через голову мокрую тряпку майки, хватает чистую пелёнку из стопки, прижимает к грудям. Из левой, на которой спала, молоко даже не течёт, бьёт прозрачно-белёсым фонтанчиком, надо зажать, быстрее, ну что за позорище? Холодно, боже, как холодно. И сыро. Пелёнки, развешенные во всех углах однушки, совсем не сохнут. Отопление дадут ещё не завтра, угораздило же родить как раз к осени, когда летняя духота свернула на ледяную болотную сырость. Дениска визжит, извивается спелёнанным червяком, раскачивает свою временную, пока не купили кроватку, люльку – несуразную старую коляску. Вот сложно было найти нормальную, современную, в которой всё разбирается, снимается, стирается и так удобно? Нет, пока она лежала в роддоме, свекровь на наши же деньги выбрала точно такую, как делали двадцать лет назад, только вместо голубого или красного кожзама –дебильно-жизнерадостная плащовка в мишках и пирамидках. Да ещё и б/у. Гробина неподъёмная. И колёса на ходу отваливаются, будто в детстве выгуливаешь маленького брата. Холодно, боже, как холодно! Миля проверяет пелёнки. Ну конечно же, всё сырое! Муж не разрешает пользоваться памперсами дома, памперсы – для прогулок и поликлиники. На словах потому, что они вредны, особенно для мальчиков, у которых от памперсов бывает бесплодие. Но на самом деле ему просто кажется, что дорого. А раньше без всяких памперсов жили. И ничего. Миля суёт в маленький, сложенный трубочкой рот переполненную грудь. Младенец Динька чавкает, давится, теряет сосок и снова хнычет. Муж с дивана рычит, что кто-то не может успокоить сраного ребёнка, а потом днём от пуза выдрыхнется. А кому-то через три часа вставать на работу. И рывком, со злостью тянет одеяло на голову. Миля шлёпает босыми ногами по ледяному линолеуму, не зажигая свет (мешает спать) греет чайник, разводит кипяток холодной водой из-под крана. Уже сноровисто, как-никак, почти месяц, как мать, моет сморщенную детскую попу, кутает в большое пушистое полотенце, прижимает к себе, суёт сосок в рот-соскоприёмник. Горячей воды нет с июля. Может, дадут вместе с теплом. Скорее бы! Так хочется нормально помыться в тепле, действительно горячей водой, долго и как следует. А то с неработающим полотенцесушителем в ванной чисто склеп – ледяные стены в холодном поту конденсата, стремительно остывающий жалкий тазик воды и вечная спешка. Возвращается в комнату на цыпочках. Накидывает пелёнку на настольную лампу, включает. Мат с дивана, одеяло глубже на голову. Да не могу я без света, блин! Я не вижу, где что, я же не сова! Перекладывает младенца на левую руку. Тяжело, но пока терпимо. Сгорбившись, чтобы не мешать сыну есть, правой рукой сдирает мокрую подстилку с колясочного матрасика. Насухо протирает клеёнку, наскоро и неловко, всё же одной рукой несподручно, стелет свежее. Щупает одеялко, ещё тёплое, слава богу – сухое. Расстилает на кресле набор для переодевания: распашонка, марлевый подгузник, тёплая пелёнка. Левое плечо уже отваливается, но младенец держит грудь, не положить, разбудим папу. Днём она кормит сидя, но ночью боится – недосып рубит на ходу, на днях она так же села, укуталась, приложила Диньку к груди. А проснулась от того, что младенец покатился по коленям из сонно расслабившихся рук. Мама говорит, что всегда кормила лёжа – и её, и сестру. А как лёжа, если ещё в роддоме пугали, что постоянно кто-то засыпает и давит ребёночка? Миля тихо ходит по комнате, руки привычно качают прожорливый комочек в полотенце. Чччёрт! Дениска кряхтит, и выдаёт в полотенце звук, будто кто-то ногой раздавил коробку из-под сока. Отлично, мы покакали. Снова чайник. Снова тазик. Снова мыть. На полу ванной в углу – свежая гора пелёнок. Хорошо, что декретные она потратила сама и на стиральную машину. Муж долго обижался, мол, не посоветовалась, а могли бы новый телевизор купить. Господи, как раньше жили, если ещё и стирали руками с утра до вечера?] В ледяной промозглости комнаты быстро переодевает, перепелёнывает орущего младенца (с дивана снова матерятся и бубнят), укачивает, сидя на краю постели, считает окна в доме напротив: три от красных штор до лампы дневного света, пять чёрных вниз, одна настольная на подоконнике. Стихает. Облегчённо лезет под одеяло заледеневшая, в ознобе и белых мухах под саднящими веками. И чуть не плачет, осознавая, как остыла и пролягушатилась залитая молоком сырая постель. Собирается в комок, ищет тёплое, сонное тело мужа. Он огрызается, поворачивается спиной, упирается коленями в обои и задницей отталкивает её на край дивана. Не хнычь, не поможет. Она проваливается в усталость, не чувствуя ни холода, ни сырости, ни даже обиды. Через два часа вставать. Муж просил два яйца и кашу. И чтобы не пересаливала, как в прошлый раз. А в тормозок две сосиски и перловку. Будильник трещит прямо внутри головы. Она выползает в темноту, на этот раз включает свет на кухне: завтрак – уважительная причина. Зажигает все конфорки, расставляет кастрюльки, ставит чайник. Греет руки над плитой в почти анабиозе: теплоооо. Ччччёрт, овсянка! Хватает голой рукой за железную ручку до того, как успевает сообразить, чертыхается, кастрюлька, поплёвывая кашей, катится по полу. Влетает всклоченный сонный муж, орёт, замахивается, трясёт кастрюлькой перед лицом: тупая дебилка, может человек поспать, сраную кашу сварить не можешь, ну вот, ребёнка разбудила, дура чёртова. Она убирает, стирая кашу с пола, плиты, стола. Обожжённая рука горит, горит мокрое лицо.] Муж завтракает в комнате, под бубнёж утренних новостей из старого громоздкого телевизора, на русой бороде виснут крошки, ползёт белёсая капля каши. Она снова моет и кормит, свободной рукой подаёт бельё, рубашку, уносит посуду, закрывает дверь. Левое плечо и голова гудят, комната качается, всё идёт кругом. Глажка, уборка, посуда, стирка, кормление, снова глажка. Вставай, тряпка! Надо вставать. На полке жидкая стопка купюр и горстка монет – на продукты. Ступенька за ступенькой волочёт коляску вниз: лифта нет, оставлять на улице или в подъезде запрещено – украдут, если проворонишь – новую не получишь. К магазину два десятка высоких ступеней. У районного рыночка – непролазная грязь, в супермаркет с коляской не пускают. Сосиски, гречка, молоко, кефир, пряники. Хочется печенья и апельсинов или банан, но нельзя. Заметят – влетит. Ей нельзя, она кормящая. Катит коляску через дорогу, колесо застревает в глубокой трещине бордюра. Мужик-мимопроходил нудит: мол, дура, тут же машины ездят, куда лезешь? А я тебе помогать не нанимался, не я тебе ребёнка сделал, толстозадая! Сосиски есть тоже нельзя, в них химия. Сосиски – для мужа. Коляску на третий этаж. Ступенька за ступенькой, дрожащими руками. В голове, как муха в банке – а если не удержу? Поначалу они ходили по магазинам вечерами, коляску выносил муж. Однажды раскричался, что она не бабка и не инвалид, а он устаёт и имеет право пожрать и отдохнуть, а не месить грязь и торчать в очередях, когда у неё весь день в запасе. Стала спускать и поднимать сама. Тяжело, но да, может. Только очень страшно, особенно когда потом туго и противно тянет где-то внизу живота. Врачиха тяжести запрещала, у неё швы, а если что-то надорвётся и разойдётся, что она скажет? Кормит, переодевает, раскладывает, гладит, сушит утюгом то, что не сохнет само. Уже второпях, поглядывая на часы, запихивает в духовку "пиццу" – открытый пирог с помидорами, грибами и кругляшами нарезанной сосиски. По счастью, всё, кроме последнего, нашлось по сусекам. Осень ж, сезон. Снова кормит, обмирая от холода. Обогреватель можно, но он ест электричество и вредный – жжёт воздух, нечего и думать, скоро включат батареи, не надо выдумывать проблемы на ровном месте. Муж ест, вытряхивая из бороды крошки, прибавляет звук телевизора, выбирает последний кусок, соловеет сытыми глазами. Миля тихо и обречённо тащит в ванную чайник и пластиковый ковшик. Открывает во весь напор ледяную воду, чисто для шума. Садится на унитаз, расстёгивает халат, по одной опускает в горячую на грани терпения воду ноющие груди, нащупывает огненно-болезненные комки и с тихим воем массирует, расцеживая. А что делать? Или так, или разрежут, так в женской и сказали. Кому она с резанными титьками потом нужна будет? К мокрому лбу прилипают волосы. Ничего, ничего, ещё чуть-чуть. Сама виновата, надо было по-другому спать, или не упирать в грудь ручку коляски, когда поднимала, или лучше сцеживать. Не реви давай! Ещё! Вот. Ещё! Кажется, легче. Смачивает остатками горячей воды полотенце, обтирается наскоро. В комнате полумрак, муж сопит, пригревшись под чистым, ещё утром поменянным постельным. Динька чмокает во сне, слава богу, сухой и тихий. Она скидывает халат, натягивает футболку, поправляет клеёнку и пелёнку на своей половине кровати (от молока, на этот раз не забыла) и тихо сворачивается клубочком. Муж тянется в темноте, нащупывает, разворачивает к себе, бормочет, возится, втискивается. Уже ничего, неделю назад было так, будто к самому первому разу в жизни половину родов прибавили, только наоборот. Она даже отбивалась и просила, что не надо, что больно. Муж потом обижался, не разговаривал. Мол, только чуть-чуть потерпеть и нормально будет, трудно что ли? Вот уже и почти нормально. Всё заканчивается быстро, да и слава богу. Поспать бы. Быстро, обмирая и задыхаясь, подмывается ледяной водой, сил греть новый чайник уже нет. Перешагивает край ванной и чуть не падает – опять голова каруселью. Покурить бы. От мысли о сигарете наваливается тошнота. Чёрт! Твою мать. Она же сегодня не ела, как-то не успела. Пиццы едва хватило мужу. Чёрт. Или вчера? Не помнит. На кухне открывает холодильник: молоко, кефир, сосиски. Сосиски мужу. Молоко терпеть не может. Печенья бы. Зефира. Апельсинов. Рыжих, кислых душистых апельсинов. Рот наполняется слюной, хочется плакать. Нельзя, забудь. Кефир ледяной, но его можно. Наливает, цедит, чувствуя, как холод вползает не только через кожу, но и изнутри. В темноте тихой мышью крадётся к постели. Аккуратно присаживается половинкой задницы, целиком, подтянуть ноги, вот так, можно и лечь. Ччччёрт, свет! Дура, забыла погасить. То же самое, но в обратном порядке: привстать, подтянуть ноги, спустить ноги, переместить центр тяжести, подтащить попу к краю кровати. Ура, не скрипнуло! Она крадётся по льду пола на тёплых розовых пальцах: тссс, тссс, вот так. Гасит свет и на обратном пути со всего маха спотыкается об оставленный у кресла мужнин рабочий портфель. Летит на пол, обдирает колено о ковёр и обречённо слышит уже привычное "дура, тупая, кому-то вообще-то вставать на работу, дай поспать, идиотка"! И то, как в ночи утренней кофемолкой заводится Дениска: сначала тихо, потом громче, потом на визгливо-высоких оборотах. И холодно. Боже мой, как холодно! Ничего, нормально. Мать тоже в двадцать родила, у них вообще машинки не было, руками стирали, и ничего. Соберись, тряпка. Не смей реветь! Боже, боже, как холодно.
-
Девочки, в общем наверное я все-таки решусь на второго ребенка....У первого инвалидность....много ездили по врачам, искали причину проблем (ставили изначально генетику)....А сейчас оказалось , что врожденный вирус+ официально признали родовую травму..... У ребенка прогресс, через 2-3 года догонит сверстников....У нас проблемы в физ развитии, с головой все ок, слава богу.... Могу ли я рассчитывать на КС. если нет показаний, просто потому что у первого была родовая травма? Или за деньги хотя бы? Можете посоветовать роддом, акушеров в Вологодской или Ленинградской областях? Просто если не КС . то тогда не пойду за вторым это точно.
-
Роды повышают риск развития рака груди на 80%, выяснили исследователи из Школы глобального здравоохранения Университета Северной Каролины. Этот эффект длится десятилетиями, установили они. Результаты работы были опубликованы в журнале Annals of Internal Medicine. Несмотря на популярный миф об «оздоравливаюшем» воздействии беременности и родов на женский организм, известно, что они способны привести к массе неприятных последствий, от проблем со зрением и зубами, варикоза и недержания мочи до эклампсии — повышения артериального давления до опасного для жизни уровня. Долгое время считалось, что нерожавшие женщины подвержены повышенному риску развития рака груди, однако новые данные показывают, что и здесь роды скорее вредят женскому здоровью, чем защищают его. Ученые проанализировали 15 крупных исследований, в которых приняли участие в общей сложности почти 900 тыс. женщин. Оказалось, что в течение следующих пяти лет после первых родов риск рака груди возрастает на 80%, и лишь спустя 24 года снижается до того же уровня, что и у нерожавших женщин. «Защитный» эффект действительно проявляется, но только спустя 34 года — риск рака груди снижается примерно на четверть по сравнению с нерожавшими женщинами. «Большинство людей знают, что у рожавших женщин риск рака молочной железы ниже, чем у тех, кто не рожал, но это относится к женщинам в возрасте 60 лет и старше, — говорит доцент эпидемиологии Хейзел Николс, одна из авторов исследования. — Мы обнаружили, что для того, чтобы роды защитили от рака молочной железы, может потребоваться более 20 лет, а до этого риск рака у рожавших женщин будет повышен». Рак груди — самый распространенный вид рака среди женщин репродуктивного возраста, отмечают исследователи. Очевидно, роды тоже вносят свой вклад в такое большое число онкологических диагнозов. При этом грудное вскармливание не влияло на риск развития рака, хотя ранее было показано, что оно снижает риск появления опухолей на 12-25%. Дополнительный вклад в риск развития рака после родов вносит наследственность — ученые приводят данные других работ, согласно которым наиболее часто рак груди возникал в течение пяти лет после родов у женщин, чьи матери или сестры уже столкнулись с раковыми опухолями груди. В этом исследовании было установлено, что у недавно родивших женщин с семейной историей рака груди его риск повышен в 3,5 раза по сравнению с нерожавшими женщинами без этого фактора риска. «Мы должны признать, что привычные факторы риска развития рака молочной железы не всегда срабатывают одинаково в молодом возрасте», — говорит Николс. Исследователи предлагают несколько объяснений обнаруженного эффекта. Одно из них заключается в пролиферации клеток молочной железы во время беременности. Пролиферация — это разрастание тканей, при котором клетки активно делятся — это может способствовать и активному росту раковых клеток. Кроме того, изменения молочной железы после родов способствуют миграции раковых клеток и появлению метастазов — в исследовании опухоли на более поздней стадии развития чаще выявлялись после родов, чем во время беременности. Частично снизить риск помогали роды в более молодом возрасте — для женщин, решившихся на беременность в возрасте старше 35 лет, риск развития рака оказался выше. Исследователи рассчитывают, что их результаты позволят разработать более эффективные стратегии выявления рака груди. «Многие текущие исследования пытаются выявить факторы, которые позволят предсказывать индивидуальные риски развития рака груди, — поясняет Николс. — Наша работа выявила один из таких факторов, и это можно использовать для построения прогноза». Также они надеются, что врачи и женщины теперь перестанут верить, что роды защищают от рака груди и будут более внимательно относиться к женскому здоровью. Ранее также было установлено, что у рожавших женщин укорачиваются теломеры, концевые участки хромосом, которые защищают ДНК и укорачиваются по мере старения организма. Короткие теломеры ассоциированы с повышенным риском раковых заболеваний, болезней сердца, слабоумия. По сравнению с нерожавшими женщинами, те, у кого был хотя бы один ребенок, имели теломеры как минимум на 4,2% короче — это равно примерно 11 годам клеточного старения (т. е. потери клетки способности к делению) или, по оценкам исследователей, трем годам биологического старения.
-
Здравствуйте, хочу рассказать о своих родах, которые были неделю назад. Попала в роддом по направлению с ж.к о госпитализации с диагнозом симфизит. Приняли в дородовое отделение. Сделали УЗИ, предложили полечиться пару дней у них и потом принять решение об операции кесарева. Ставили капельницы с магне и делали пару раз физиотерапию. Через несколько дней позвали на осмотр, где мне сказали что я симулянт и что я хорошо двигаюсь, что симфизита у меня нет. Хотя болело у меня тогда ещё сильнее, чем когда я поступала. Отправили на повторное УЗИ. УЗИ показало, что симфизит за время моего нахождения в роддоме, только увеличился. Назначили операцию на следующий день. На операции мне вкололи 3 катетора в позвоночник с обезбивающим. Потом я легла, поставили ширму, я начала задыхаться,мне постоянно говорили, что я слабая и имитирую. Теряла сознание, глаза не не открывались, изо всех сил пыталась вдыхать воздух. Слушала, что обо мне говорили, мол я приперлась из провинциального города, чтобы родить в Питере(хотя живу в Питере давно с семьёй),что мне вообще детей не надо заводить, что я чуть ли не мразь конченая,итд. Анестезиолог меня бил, чтобы я не отключилась. Просила помощи, издевались морально ещё больше, достали ребенка и унесли, живот зашили и мне стало легче дышать, потом увезли в реанимацию. Выкинули на кровать, В реанимации я лежала под капельницами и ждала пока наркоз пройдет. Лежала, мне стало легче, через 6 часов привезли каталку, заставили переползти туда, завернули в простынь, привезли в послеродовое, заставили переползти на койку. И вот, а утром я училась ходить заново. Было невыносимо больно, после того как положили в послеродовое моё достижение за 10 часов было повернуться на спину. Сказали, что утром привезут ребенка. Утром, заставила себя подняться, ноги не слушались, не могла выпрямиться из за боли в рубце. Было дико больно, мне пододвинули стул и я двигалась оперевшись на него. Вся сорочка была в крови и чулки,тряпки между ног в крови, катетор между ног с трубкой и пакетом для мочи. На руках катеторы, вся измазана непонятно чем. Училась все делать заново, ходить, сидеть, туалет. Когда поднялась сразу отправили с 4 этажа на 1 за моим багажем. Попросила помочь, на что услышала мол нечего в роддом брать много вещей(брала все по списку к преступлению). Спустилась, через силу. Забрала. Начала подниматься, поняла что от голода и потери крови падаю, меня поймала какая-то женщина и помогла дойти до палаты. Через час привезли ребенка. Чуть позже отсоединили катеторы и я смогла помыться. Впала в депрессию, плакала плакала почти все время от боли, но понимала, что надо держаться для ребенка. Через несколько дней выписали. Дома начала спать и кушать. Но кошмары все таки снятся. Роддом 6 (Прим. адм.: Санкт-Петербург)
-
Наткнулась на пост об убийстве ребёнка. Убила мать,молодая женщина. Комментарии стандартные: убить такую мать, чтоб она сдохла... Бла Бла Бла... Никто даже не задумался, что предшествовало всему этому? Мои знакомые поженились. Обычная пара. Он работящий, добрый, она спокойная, тихая. Родился сын... Видно было, что молодую маму что-то гнетет, что ей плохо. Мне-чужому человеку было видно, а родственникам насрать! К полуторогодам женщина стала проявлять агрессию в отношении мужа. В конце концов, из-за купленного сыра не той марки, она схватилась за нож. Понятно, что предварительно была громкая словесная перепалка с оскорблениями в её адрес: истеричка, ебнутая и пр. "прелести". В итоге, муж развернулся и пошёл заливать стресс у друзей, полоская жену. Её же родная мать так же ушла со словами: надоели ваши скандалы. Считая женщину неадекватно, видя, что человек хвастался за нож, ни одна сука не побоялась с ней оставить ребёнка наедине. И уж, тем более никто не протянул руку помощи. Налепили ярлык "ебнутая" и ушли! А потом такие же "добрые, порядочные" люди оставят комментарии к такому же посту об убийстве ребёнка. В моей истории все закончилось хорошо. С уходом мужа ушла и агрессия. Жаль только, что в распаде брака обвинили жену, и её родная мать пилит её по сей день за потерю такого" хорошего" мужа.
-
Здравствуйте. Анонимно. Сегодня столкнулась с такой белопальтовостью в группе в своём городе, что в шоке. Если бы я написала пару лет назад такой пост и получила такие ответы, я бы повесилась или вышла в окно. И сколько белопальтовых поддерживают лайком🤦🏻♀ От адм.: Значит "все везде говорят о трудностях материнства" да?😈 И все и так знают о том, что с детьми сутками не спишь и в туалет одна не выйдешь, да? А между тем нам пишут "разоблачающие" посты, что рожать не больно а дети не плачут, и якобы мы сами плохие истории сочиняем из вредности и лишаем других возможности "испытать женскую судьбу"(прямая цитата). Ну и универсальный способ познать "счастье материнства" - это забить на себя и жить ради другого.
-
Здравствуйте, анонимно , пожалуйста) Через неделю ПКС. Вопрос по кормлению, но с другого ракурса.. решила для себя выбрать ИВ. Но теперь не понимаю, что безопаснее для моего здоровья, остановить лактацию в зародыше, выпив таблетку прямо в роддоме, или все таки дать лактации начаться а потом сворачивать потихоньку? Не хотелось бы проблем с лактостозами, застоями и прочими прелестями... забот и так хватит с лихвой... Звучит конечно эгоистично донельзя, (мне придется выйти на работу сразу же , как только смогу ), но если кормить все рано не получиться, как лучше сохранить форму и здоровье груди и организма, что будет менее стрессово? Спасибо
-
Добрый день.Очень нужна поддержка...В 14 недель по скринингу и узи у ребенка синдром Дауна под вопросом.Далее в 17 недель предлагали делать амниоцентез .Я отказалась и решила не прирывать,так как начиталась,что могут напутать...Сейчас 25 неделя.Вчера по узи подтвердился синдром.Я вроде морально готовилась,общалась на форуме и в инстаграмме с мамами таких детей...Но я боюсь,что не выдержу морально-в нашей стране поддержка хоть и есть,но не так, как за границией...Мы хотели усыновлять,но в итоге я забеременела и решила рискнуть...рискнула...Муж,родители поддерживают любое решение,а выход у меня только один-рожать,и три варианта- вызывать искусственные роды сейчас,рожать и оставлять себе,рожать и оставлять в роддоме...Я плачу уже второй день,потому -что это самый сложный выбор в моей жизни...видимо такое оно-щастьематеринства.... Не ананон,т.к.с фейковой странички.
-
Добрый день. Пост - выговориться, тк больше не кому рассказать. Буду рада советам и поддержке. Так вышло что мы с 6-ти месячным ребенком живем на мои декретные пособия. Муж заявил, что раз государство мне платит, я должна содержать ребенка сама. А сам он живет как раньше один на свою Зп, которая неофициально ок. 100т.р., а в реальности скорее всего гораздо больше. Официально подавать на алименты - с него ничего не взять. Когда говорю что не хватило пособия на месяц - он требует отчет о расходах. Придирается к какой нибудь мелочи. Подгузниками говорит можно не пользоваться - раньше без них обходились и ничего - все выросли. Ну и классика жанра - "ты же отдыхаешь целыми днями", "что с лицом? Опять не выспалась что ли" (то что я несколько раз встаю за ночь - во внимание не принимается). Избавилась от после родовой депрессии я только недавно. Когда от полного отсутствия времени на себя, бессонных ночей и постоянного сидения дома без возможности выйти на улицу - хотелось просто повернуть ручку окна и выйти туда. То, что о финансах надо было договариваться заранее - это да, теперь я это знаю.